Владимир Штольц: «Многих наших парикмахеров всего лишь научили держать ножницы – и все»

- Владимир, расскажите, как вы пришли в профессию? Как я понимаю, вы тогда жили в Альметьевске?

- Да, но до прихода в мою нынешнюю профессию я занимался еще множеством проектов. Это был красивый возраст до двадцати лет, когда во многом хочется себя попробовать, а никуда не пускают.

- Вы вообще уроженец Альметьевска?

- Нет, я родился в деревне в Лениногорском районе. Но из деревни я уехал не в Альметьевск, а в Москву.

- Согласитесь, это не совсем обычно: мальчик из деревни, где нет салонов красоты, вдруг решает быть парикмахером.

- Я рос в абсолютно глухой деревне, не дворовым хулиганом, а абсолютно чистым мальчишкой. Я принадлежал сам себе, родители меня не контролировали. Лето – это цыпки, ноги, как кирзовые сапоги. Зима – прыжки в сугробы с крыши, это рытье окопов в снегу. Это было счастливое детство, всем бы детям такое. Я общался с природой, с рекой и деревьями. Мои родители были хорошими воспитателями - они давали мне свободу.

- И, окончив школу, вы уехали в Москву. Почему?

- Я поступил в художественное училище, выучился на оформителя. В Москве жила наша соседка по деревне, очень близкий мне человек, почти что сестра. Она меня в Москве и приютила. Я поступил учиться, мне дали общежитие. Это был скачок – из нашей деревни – и в Москву.

«Я НЕ СТИЛИСТ, Я – ПАРИКМАХЕР»

- И вы все-таки вернулись в Альметьевск и решили стать – стилистом или парикмахером? Как вас правильно называть?

- Конечно, я парикмахер, а кто же еще? Стилист делает все – подбирает одежду, делает макияж. А я – стригу и крашу. Парикмахером я стал в 27 лет и это был осознанный выбор профессии. У меня в Альметьевске до того, как я стал парикмахером, было много проектов, сотрудничал, например, с горкомом комсомола - тогда еще комсомол был. И вот я решил стать парикмахером, до этого год размышляя, как же мне продвигаться в этой профессии, как делать карьеру. Для начала я устроился на зарплату в 35 рублей в школу-интернат Альметьевска. Образования не было, было только желание. У меня был крошечный кабинетик, в котором я проработал два года. Но через полгода после моего старта у меня уже стриглась вся «Татнефть», то есть верхушка города. Я признаю: в это время я еще не умел стричь. Почему они ко мне шли, понятия не имею. Может быть, они шли потому, что я стриг их так, как они хотели. В то время по телевидению начали показывать первые мексиканские сериалы, и женщины хотели быть как «просто Мария». Я хорошо общался с людьми, я вообще люблю людей и люблю общаться. Работу я полюбил с первого дня, инструменты были самые обычные, табуретка и самое обычное зеркало. Так прошло два года.

- Следующим этапом была Казань?

- Надо было продвигаться в профессии. Я поехал в Москву, поступил в «Комбытсервис», там в свое время учились Юдашкин с женой. Отучился там полгода, прошел парикмахерскую «нулевку», стал мастером-универсалом. Начал работать в салоне в Сокольниках. В это время в Москве открылась академия парикмахерского искусства Долорес Кондрашовой, и я на год ушел туда учиться. Опять работал в салоне, там же и жил, но неожиданный поворот – поехал в Казань.



ПРИЕХАЛ В КАЗАНЬ НА ПАРУ ДНЕЙ И ОСТАЛСЯ

- Каким образом?

- Приехал в гости к одной знакомой, она давно меня приглашала. Приехал на пару дней посмотреть город – и больше уже никуда не уезжал. Устроился в кабинет министров, работал там, потом решил открыть свое дело, взял помещение в аренду и начал продвигаться.

- А что было после кабмина?

- До своих салонов много чего было. Сам полы мыл, сам полотенца стирал. Да и было-то у меня поначалу пять полотенец. Я приехал в Казань, был готов работать, академию у Долорес окончил, но клиентов не было. У меня уже была практика, но меня никто не знал. Что я делал? Брал рюкзачок, клал в него инструменты и шел. Помните, в выставочном зале союза художников были выставки шуб, другой одежды? Вот я шел туда. Я там с бабушками познакомился, они мне место давали, и я работал. Я за лето такую клиентскую базу собрал! Осенью я уже просто уставал работать. Мне никто эту идею не подавал, сам придумал. Вот так и начинал. Потом уже появились телевизионные проекты, стал с артистами работать, с ведущими. Я всегда, начиная с интерната, был сам по себе.

СТАРТОВЫЙ КАПИТАЛ – ЭТО МОЯ РАБОТА

- Вы начали свое дело. Каким был стартовый капитал?

- Стартовый капитал для меня – это не деньги. Это хорошая работа, а я могу работать круглые сутки. Стартовый капитал – это опыт и профессионализм.

- Где помещался первый салон Владимира Штольца?

- Я взял помещение в аренду в ГИДУВе, там было сорок квадратных метров. Пять лет я его арендовал.

- Это была уже марка «Владимир Штольц»?

- Да ни о какой марке разговоров не было! Это не мои ордена, это люди на меня вешают!

- У вас хорошее парикмахерское образование, хотя в городе про вас ходят легенды, говорят, что Штольц – самоучка…

- Самую лучшую практику я получил в альметьевском интернате, как ни странно. И учился я не только в Москве, потом были Франция, Лондон, еще много стран, где я стажировался. Это были университеты, институты именно по парикмахерскому делу. Это все мой фундамент.


«ШТОЛЬЦ» - ЭТО ИДУЩИЙ ВПЕРЕД

- Кстати, Штольц – это не ваша фамилия, когда и зачем вы взяли псевдоним?

- Вот это как раз и было одним и вариантов вложения. Я взял его с первых же дней, как стал парикмахером. «Штольц» в переводе означает «идущий вперед». Почему бы нет? Я не думал о деньгах, я думал как бы стать профессионалом. Я сейчас говорю ученикам в моей школе: «Не думайте о деньгах, иначе они никогда не придут!». Надо думать о работе, о репутации. А деньги… Деньги потом сами пришли.

- Что сейчас представляет собой рынок парикмахерских услуг Казани? Все хотят денег?

- Абсолютно стихийный рынок. Многих наших парикмахеров всего лишь научили держать ножницы – и все. На этом уровне они и работают. Работают качественно и идут вперед единицы.

- У вас есть конкуренты?

- Я их просто никогда не видел. Я работаю, мне некогда думать о конкурентах.

- Работа для вас – это тяжелый труд или удовольствие?

- Мои сотрудники, то есть наемная рабочая сила, они приходят работать. А я прихожу сюда получать удовольствие. Не скажу, что это началось сразу же, скорее такое чувство пришло с годами. Вот видите, у меня в салоне есть свой кабинет, где мы сейчас с вами беседуем. Здесь же я принимаю своих клиентов. Я сюда ухожу, как в отпуск, чтобы заняться теми, кто ко мне обратился. Во время работы я и общаюсь, и отдыхаю.

«КО МНЕ МОЖНО ПОПАСТЬ ТОЛЬКО ПО ЗАПИСИ»

- Как происходит ценообразование в вашем салоне?

- У нас проходят ежемесячные тренинги для сотрудников, где мы определяем уровень мастерства. Человеку дается задание, и его результаты оцениваются по определенным критериям. Кто-то не проходит, плата на его услуги остается прежней, кто-то проходит – его услуги начинают стоить дороже. К сожалению, в большинстве салонов города мало обращают внимания на квалификацию мастеров, я же со своими работаю и работаю. Есть еще один аспект в ценообразовании – ко мне идет очень много народа, я иногда просто не знаю, что делать. Ставлю одни цены – народ идет. Ставлю выше – все равно идут. Конечно, грех жаловаться, это хорошо, когда есть в бизнесе востребованность.

- То есть к вам лично можно попасть только по записи?

- Конечно. Все эти годы я работаю только по записи. Очень редко, когда бывает «окно». И потом, у меня же есть еще и школа, я там должен с людьми заниматься. Ездить во второй свой салон, проверять, как там идут дела.

- Средний чек у Владимира Штольца, он какой? Например, я хочу выкрасить волосы и сделать стрижку, сколько это будет стоить?

- Мой личный средний чек - это семь-восемь тысяч.

- А в салоне у ваших мастеров?

- В салоне - три тысячи.

- Система скидок существует?

- Скидки получают vip-клиенты, которые у нас постоянно обслуживаются и делают у нас покупки. Мы их приглашает под какие-то акции.

КЛИЕНТ ДОЛЖЕН РАССКАЗАТЬ МНЕ СВОЮ ИСТОРИЮ

- Клиенты чаще всего бывают просто с улицы или ваши постояные?

- Мои клиенты. Я почти двадцать лет живу в Казани и у меня большая клиентская база. Слава Богу, практически ни один клиент от меня еще не ушел.

- Вот я пришла к вам. Кто будет решать, в какой цвет меня красить, какую стрижку делать – вы или я?

- Я – человек лояльный и для начала всегда предлагаю клиенту рассказать его историю. А потом уже предложу свое видение. Вы можете не согласиться, и я сделаю так, как вы хотели. Но через какое-то время вы придете и скажете: «Володя, сделайте так, как вы мне предлагали». Так бывает всегда, это уже проверено временем. Мой принцип – дать человеку возможность обдумать предложение. Не надо резких движений, человека надо готовить к переменам. Сейчас, к сожалению, есть много стилистов и парикмахеров, которые говорят: «Я сейчас вас изменю!». И не всегда попадают «в десятку».

- Какова рентабельность вашего бизнеса?

- Думаю, процентов тридцать.

- Вы даете рекламу? Или предпочитаете «сарафанное радио»?

- В связи с развитием моей школы стали давать. По телевидению иногда идут сюжеты, если надо срочно группу собрать, даем «бегучку». Я никогда не отказываюсь помочь ни на каких конкурсах, это тоже своего рода реклама.

- Бывает, что с кем-то из клиентов вы отказываетесь работать?

- Бывает. Я в душу смотрю. Если душа противная, работать не буду. Пусть любые деньги предлагают, все равно не буду. Люблю свободных и открытых людей.

В МОСКВУ ЕДУТ ТЕ, У КОГО В КАЗАНИ НЕ ПОЛУЧАЕТСЯ

- Вы – человек успешный, нет желания перебраться в Москву?

- Нет.

- Почему?

- А как я брошу свой казанский выстроенный бизнес? В Москву едут те, у кого в Казани не получается. У меня здесь все хорошо. Я всегда говорю своим сотрудникам: «Если вы куда-то уезжаете, значит, у вас здесь не получилось». Я раз десять - пятнадцать в год езжу по делам за границу. Иногда думаю: все, надо сбросить обороты, но не выходит. Машина запущена, она работает.

- А кумиры в парикмахерском искусстве есть?

- Есть. Долорес, уважение к ней большое. Она дала в России парикмахерскому искусству кислород. Я еще работал в интернате, когда она вернулась из Германии, и ее уже начали показывать по телевизору. У нас в городах и районах еще была химическая завивка, а она уже учила работать по-европейски.

- Из каждой женщины можно сделать красотку?

- Из каждой. Уверен. Абсолютно.


- От чего это зависит?

- Надо просто поговорить с человеком. Помочь женщине раскрыть ее душу. У меня такие эксперименты проходят каждую неделю. А вы говорите, в Москву переехать. Какая Москва? У меня клиентская база здесь. У людей бывают разные ситуации. Человек ходит-ходит ко мне, а потом пропадает, но я вижу его в другом моем салоне. Оказывается, появились финансовые проблемы, но клиент от нас все равно не уходит, он просто выбирает вариант подешевле. Ему нравится у нас. У нас, например, в моей школе можно постричься за сто рублей.

- В вашей школе много учащихся?

- Много, есть дневные группы, есть вечерние. В группе учатся по десять человек. На парикмахера учатся три месяца.

ДРУЗЬЯ ЗАМУЧИЛИ: НАУЧИ ЖЕНУ, НАУЧИ ПОДРУГУ

- А как вообще родилась идее школы?

- Друзья замучили. Научи жену, научи подругу… Я думал: открою школу, сам буду преподавать, возьму еще одного преподавателя, а вот как все разрослось. Пришлось покупать еще одно помещение. Зато сейчас там есть аудитории и для теории, и для практики – им там комфортно.

- Сколько стоит обучение?

- Двадцать пять тысяч рублей. Мы не только учим начинающих, но и повышаем квалификацию. К сожалению, за этим казанские мастера мало обращаются. Еще мы обучаем визажистов, даем всем нашим учащимся много практики. В школе у нас и постригут, и покрасят, и макияж сделают.

- То есть ваш бизнес сейчас – это два салона и школа?

- Да. Ценовая политика везде различается. В школе все можно сделать очень дешево, но намного лучше, чем в некоторых дорогих казанских салонах. Качество обеспечивается тем, что все наши ученики находятся под наблюдением наших мастеров. Я и сам там преподаю. В нашем салоне на Павлюхина – цены средние по городу. В салоне на Четаева – цены выше, чем на Павлюхина. Ученики занимаются, набивают руку, самых лучших беру и ставлю на Павлюхина. Там они работают год-полтора, потом опять беру лучших, и они уже работают на Четаева, это уже мастера высшей категории. Естественно, цены здесь выше, чем на Павлюхина.

- Где у вас аренда, а где собственность?

- Школа на Адоратского, где 150 квадратных метров, это собственность. Салон на Павлюхина – это аренда. Салон на Четаева тоже собственность, здесь так же 150 квадратных метров. Я купил это помещение десять лет назад. Сам сделал дизайн интерьера. Здесь же поначалу была школа. Это было непросто: хлопнул в ладошки, и вот тебе школа! Нет, в нее столько было вложено! Копеечка к копеечке, год за годом я ее создавал.

- Кого вы принимаете в команду?

- Людей, которые хотят и могут работать. Кто-то уходит, кто-то остается. Я ценю людей за работу.

- Корпоративная солидарность существует?

- Естественно, общие культпоходы, взаимопомощь – это все есть. У нас с каждым членом команды работает психолог. Мне помогают восемь администраторов, одному такую работу, учитывая еще и моих клиентов, не поднять. Я сам обслуживаю самое большое количество клиентов.

«В ДЕНЬ БЫВАЕТ ИНОГДА ПО 50 КЛИЕНТОВ»

- А сколько клиентов день у вас бывает?

- Бывает и сорок, бывает и пятьдесят. Я могу приехать на работу в девять утра и уехать в полночь. Почему клиенты меня любят? Потому что я никогда никому не отказываю. Надо сделать прическу или стрижку в шесть утра – я приеду в шесть утра. Неважно куда.

- Какую сумму зарабатывают ваши мастера?

- Начинающие – от пяти тысяч в месяц. Мастера с именем иногда могут заработать и до сорока тысяч. Я почему и заставляю их работать над собой, потому что как только мастер профессионально растет, происходит скачок цен, и клиенты сразу начинают набираться. Прежде, чем думать о заработках, надо привести в порядок себя.

- Сколько в течение месяца вы вкладываете в покупку препаратов?

- В месяц, наверное, уходит до двухсот тысяч, мы работаем на хороших препаратах.

- Вы сейчас участвуете в парикмахерских конкурсах?

- Участвуют мои сотрудники, которых я тренирую. Недавно взяли кубок, золотую медаль, две серебряных медали на поволжском конкурсе парикмахерского искусства.

- Какая у вас форма собственности?

- ООО.

- И сколько в нем трудится?

- Около сорока человек.

«ХОРОШИЙ МАСТЕР ДОЛЖЕН УЧИТЫВАТЬ ДАЖЕ ВАШ ТЕМПЕРАМЕНТ»

- Я прихожу в незнакомый салон. К кому, не зная мастеров, можно без опаски пойти? Как выбрать мастера?

- Надо идти к тому мастеру, который, когда вы вошли, сделал вам навстречу движение.

- А как мастерство определить?

- А не надо мастерство определять. Если мастер улыбнулся вам, потянулся к вам, все будет хорошо. Психология важнее.

- А если он меня изуродует?

- Я вам открою секрет: сорок процентов – это психология, тридцать процентов – мастерство и тридцать процентов умение слышать клиента. Эти цифры нам озвучивали в академии парикмахерского искусства во Франции. Этому же я учу в своей школе. Это только начинающий мастер может миллиметры вымерять. Все зависит от формы и от цвета. Мастер может челку изуродовать, а может сделать такую, что вы воскликните: «Ой, у меня такой никогда не было!». Вот это мастерство. Хороший мастер должен видеть все - как вы ходите, как говорите, учитывать ваш темперамент.

- Сейчас огромное количество салонов красоты. Насколько сложен парикмахерский бизнес?

- Сложность в коллективе, в людях. Вы приезжаете за границу и видите, как все друг другу улыбаются. А у нас люди завистливые, если этот человек успешный, начинают думать, как бы ему навредить. Не умеем радоваться чужой радости, больше радуемся, когда у человека горе. Слава Богу, в этом отношении я другой. И с годами не меняюсь. У меня много клиентов уехало и в Европу, и в Америку, когда приезжают через несколько лет, приходят ко мне и удивляются: «Мы думали, что вы сейчас стали такой крутой, что к вам и не подойти. А вы такой же и остались». Надо быть человеком, это главное.

РЫНКУ НУЖНЫ ХОРОШИЕ АРТ-ДИРЕКТОРЫ

- Как вы полагаете, как будет развиваться парикмахерский бизнес в Казани?

- У нас не бизнес, у нас – искусство. И рынку нужны хорошие арт-директоры.

- Как вы собираетесь развиваться дальше? Откроете новый салон?

- Надо сначала доделать ремонт в салоне на Четаева. Нужны толковые мастера. В двух салонах у меня в общей сложности не хватает десять мастеров. У меня высокая планка. Если человек мне говорит, что у него не хватает денег пойти на учебу, чтобы продвинуться в профессии, я понимаю, что у него не денег нет, а мозгов. Многие люди не понимают, что на работе надо работать, что к работе надо подготовиться. У меня мастера два дня работают, два отдыхают. Я им говорю: «Идите на полдня в учебный центр, позанимайтесь, там учебники хорошие, подтяните себя. Если к вам не идут клиенты – значит, вы не дотягиваете». У нас в стране многие люди приходят на работу тусоваться. А на работе мы должны работать.

- Бывает, что вы увольняете своих сотрудников?

- Бывает.

- А за что можете уволить?

- Могу уволить за «корону на голове». Не люблю «звездную болезнь». Она заразная. Прошлой осенью был случай, что «корона» появилась у одного моего мастера. У нее появились последователи. Вот всю эту команду я и уволил. Они ушли в никуда. Я не сразу уволил, я предупреждал. Не послушались. И я сказал: «Все, мои дорогие, до свидания!».

- По Казани ходит легенда, что вы употребляете ненормативную лексику в разговорах с клиентами. Это правда?

- Бывает. И они не обижаются. Я же не их ругаю. Народу много, я устаю, ненормативная лексика, как мне кажется, выводит из меня негатив.

- Работа по 12 часов в сутки, это понятно, но, помимо работы, что еще в жизни есть?

- Моя семья – это мой коллектив. В выходные стараюсь куда-нибудь уезжать, каждый день занимаюсь спортом. Летом – велосипед, зимой – беговые лыжи. Если раньше был кураж, приятели, то последние пять лет я – сторонник здорового образа жизни. Иногда могу выйти с друзьями в ресторан, но бесшабашная жизнь у меня закончилась.

- Наш традиционный вопрос: три ваших секрета успешного ведения бизнеса?

- Первое: надо быть порядочным. Второе: надо быть профессионалом. У меня только два таких секрета.


Визитная карточка компании:

ООО «Школа - Студия В.Штольца» зарегистрирован в 2003 году. В нее входят два парикмахерских салона и собственно школа. В коллективе трудится в общей сложности 40 человек.

Визитная карточка руководителя:

Владимир Штольц родился 2 октября 1966 года в Лениногорском районе РТ. Прошел обучение на московском комбинате бытового обслуживания по специальности «женский мастер», окончил академию парикмахерского искусства Долорес Кондрашовой, университет Стефана в Тулузе, школу VIDAL SASSOON и академию TONI&GUY в Лондоне.

Член союза стилистов Европы Haute Coiffure Française (Куафюр Франсез), где ежегодно принимает активное участие в создании современной парикмахерской моды. Многие годы принимал активное участие в российских парикмахерских конкурсах, где занимал призовые места. Был в десятке лучших парикмахеров России.



Оригинал статьи
Татьяна Мамаева